Там же, тогда же – Михаил Щербаков
композиция: Там же, тогда же
автор и исполнитель: Михаил Щербаков (филолог, русский поэт, автор-исполнитель; Михаила Щербакова сам Окуджава считал наиболее талантливым представителем авторской песни в восьмидесятые-девяностые, хотя внимание на него Булат Шалвович обратил лишь в последние свои годы, зато говорил о нем с неизменной теплотой и считал своим приемником.)
альбом: Чужая музыка и не только, часть 2 (2013 г)
В ролике использованы репродукции картин израильского художника, иллюстратора, графика Александра Вайсмана, сербского художника-акварелиста Branislav Markovi Umbra / Бранислава Марковича Умбры, английской художницы Flora McLachlan / Флоры Маклахлан, британского художника Nicholas Hely Hutchinson / Николаса Хели Хатчинсона, канадского художника-самоучки Remi Labarre / Реми Лабарре, находящиеся в свободном доступе сети
disclaimer: никаких нарушений авторских прав не предполагается, т.к. аудиоконтент не принадлежит мне, я не получаю прибыли от этого видео, я не владею авторскими правами на видео/фотографии, они взяты из интернета. Мои видео - исключительно для настроения.
Рыдай, труба, над морем и прибоем!
Прощальный наш трубя привет волнам,
в кочевье посуху своим ты воем
напутствуй нас. И впредь сопутствуй нам.
Ничья родня, дельфиньи побратимы,
материка достигшие в ладье,
большой землёй теперь должны пройти мы -
и выйти вновь к большой воде.
Вот-вот замрёт музыка брызг и пены,
затмит глаза разлука с синевой.
Но наших странствий ты, труба, напевы
на здешний лад, коль сможешь, перевой.
Весьма всерьёз мы в лес идём медвежий,
где редок луч, ленив и робок звук —
и как бы нет обоих побережий.
Но есть молва о них, о двух.
Молве ли той, туземцу ли в вигваме
морской акцент берёмся мы привить?
Не уставай, труба. Напето нами
обильно впрок. Всего не перевыть.
Вот-вот отряд построится в колонны
для долгих вёрст и трудного труда.
Глаза темны. Движенья экономны.
Ничья родня. Лиха беда.
2011 г