Читает Лара Осман. Аграфена стирала, кормила, доила, полола, пекла, штопала, мыла, топила, укачивала, лечила — и всё это со своей врождённой медлительностью и спокойствием, которые в какой-то момент стали казаться Петру не чертой характера, а пороком, почти издевательской насмешкой.
— Эх, дура! — бросал он не раз. — Я бы лучше на Стешке-перепелихе женился, и то бы проку больше было! И пусть, что горластая, зато шустрая, как юла!