Позвони мне, позвони
ПОЗВОНИ МНЕ, ПОЗВОНИ
Меня зовут Валера. Мне 45.
Чтобы было понятно, 45 - это когда ты идёшь по коридору, навстречу тебе - девушка.
Ты ей: привет!
А она: здравствуйте!
Да-да, именно так: «Здравствуйте, Валерий Валерьевич!».
И ты проходишь мимо, смотришь ей вслед и успокаиваешь себя: как же тебя здесь уважают, Валера!
А ещё 45 - это когда заполняешь какие-то данные в интернете, а там программисты тебе помогли: город набирать не надо - предложен вариант - выбирай и всё, со страной - также, а вот возраст... Тут начинает болеть средний палец от перемотки бесконечного количества дат, пока, наконец, не находишь свою позднюю античность.
Короче, 45 - это много. Но это где-то снаружи. Внутри всё, как и прежде, 25 примерно... Так что всё не так грустно.
Я о другом. Мне 45, а это значит, что многие события в моей жизни уже были. Были и прекрасно! Я не о тех, которые были. Я об одном, которого уже никогда не будет.
Однажды я снимал квартиру. Очень хотелось свободы, поэтому и снимал. Очень экономил, поэтому в Химках.
Жил один. Порой безутешно. Но зато один. Жил-жил, да и заболел. Знаете, должен вам сказать, болеть одному очень печально. И вот, лежу я весь такой одинокий, с температурой, а на часах - полночь.
В двенадцать ночи звонить кому-то - моветон. А у меня озноб. Зубы стучат так, что со стороны слышится буд-то я непрерывно произношу диковинное слово «трдельник»...
Единственный человек на всём белом свете, которому можно было позвонить в любое время суток - Елена Николаевна, моя любимая тётя. Час ночи. Знаю - не спит. Набираю дрожащими руками заветный номер. Из трубки слышится знакомый голос: «Валежка, ты посмотри на меня - мне 82, а я даже не думаю хандрить. И далее как обычно - тётя Лена вспоминала о войне, о том, как однажды на крышу залетела зажигательная бомба, и как дружно всей семьёй её тушили, о том, как её отец шёл сотни километров пешком, чтобы увидеть свою семью в Москве, и как она плакала, когда увидела его, больного и усталого… А ещё, как всегда, она снова и снова меня смешила своими историями из Праги и таким странным, нелепым словом - «трдельник»...
Она всё говорила и говорила. А я всё слушал и забывался. И болезнь моя куда-то отступала... И я, наконец, заснул, сидя с телефонной трубкой в руке.
А потом был день. Была работа, ещё работа... Одним словом, прошло много времени. А мне даже некогда было позвонить и поблагодарить.
А позже она заболела...
Я приехал к ней однажды. И она меня не узнала. Она никого больше не узнавала. Совсем. Она только всё время смотрела в окно и молчала. Ей было 89.
И тогда я присел рядом, взял её за руку и начал говорить.
Я говорил ей о том, как когда-то мы с ней ходили во МХАТ на их легендарную «Синюю птицу» - мой любимый спектакль. Я знал его почти наизусть. А ещё я рассказывал ей про «Лебединое озеро» в «Большом» и про «Аленький цветочек» в театре имени А. С. Пушкина. Я вспоминал, как мы когда-то ходили в усадьбу Шереметевых в Останкинском парке. Я говорил и говорил, а она вдруг заплакала. Бесконечно грустно было видеть её светлую улыбку и крупные слёзы на песочного цвета щеках...
А потом я ушёл, потому что нужно было идти... Я ушёл, старательно скрывая от сиделки свои слёзы.
Однако, рассказ мой затянулся. Пора заканчивать. А финал будет простым. Я так и не сказал ей главного... И, самое печальное, уже не скажу.
И знаете, мне 45, а я по-прежнему люблю спектакль «Синяя птица». Я непременно пойду в театр, сяду в последнем ряду, буду смотреть на тёмную сцену и блуждать по Стране воспоминаний.
Там, за окном в подслеповатом свете вязкого осеннего вечера карикатурами Бидструпа проступают мои детские сны. В них все сидят за столом - все, к кому я не успел. Все играют в лото, смеются, сплетничают, жалуются на здоровье, спорят о политике, читают наизусть Окуджаву и Есенина. Вот, кто-то неистово «шерудит» в мешочке, достаёт деревянный бочонок «лицом» ко всем и громко произносит: «барабанные палочки!» «Одиннадцать! У меня!» - восклицаю я и закрываю фишкой клетку с нужной цифрой.
А потом, как всегда, тётя Лена уже в который раз рассказывает нам о такой далёкой, сказочной Праге. А ещё про ароматные, сладкие сдобные косички - трдельники...
©ВаШ