Гипертонический круиз
"Гипертонический круиз" - рассказ Алексея Ильичева-Морозова
Одна старушка, божий одуванчик, лет семидесяти пяти от роду, решила поправить здоровье. А тут, как раз, на остановке, объявление, что в санатории неподалеку, молодой практикант за символическую плату, проводит сеансы массажа.
— Это как раз то, что мне нужно - подумала старушка - пенсия у меня не ахти, а массаж, в наше время, удовольствие не из дешёвых. А тут и мне хорошо, и ему неплохо - какая никакая, а практика…
С этими мыслями наша старушка и отправилась на приём. Первые дни всё шло прекрасно. Массажист с энтузиазмом и знанием дела так разминал старческое тело, что казалось к бабушке вернулась вторая молодость. Она как-то расправилась, стала прямее и шустрее на ногу. Даже клюку оставила – до того ей полегчало.
А в одно утро, со стонами, еле вползла в кабинет и говорит:
Может, конечно и не ты виноват, сынок. Но вчера после массажу я чуть Богу душу не отдала. Давление подскочило, аж на причиндале насечки кончились.
На причиндале? – удивился массажист
Ну да, всё забываю, как его зовут, на манометре.
Было жарко, дверь в кабинет была приоткрыта и в это время по коридору проходил врач-терапевт. Всерьёз обеспокоенный массажист быстренько пригласил коллегу для консультации.
Доктор старушку вспомнил практически сразу, ведь несколько лет тому назад она проходила и у него лечение.
Акулина Антоновна, сколько лет, сколько зим! – радостно поприветствовал старушку доктор – Жалуйтесь, что у вас произошло?
А я всё уже сынку рассказала, думаю сильно он меня продавил, еле-еле добрела сюда, никакой мочи нет, дышу на честном слове.
Ну, а теперь мне расскажите, чем занимались накануне, а лучше с самого утра.
Чем, чем. Странное дело. Проснулась, выпила сто грамм коньяка…
Доктор расплылся в улыбке.
Потом сырком закусила и пошла на массаж. По совету Русланушки – взглядом указывая на массажиста, продолжала Акулина Антоновна – пошла я к морю. А что думаю, сразу к морю-то идти, пойду я для пущего эффекту, на Майнакское озеро, вымажусь в грязи.
Ну и как, вымазались? - спросил доктор.
Вымазалась, да так основательно, стала прямо как негр, одни глаза и видны.
А долго стояли-то? Минут пятнадцать? – продолжал расспрашивать доктор.
Какой там пятнадцать-то. Полчаса стояла, ждала, когда грязь коркой возьмёт, потом смыла и ещё намазалась.
И сколько так мазались?
Разов шесть, для эффекту, а потом к морю пошла, поплавать.
Иду, а меня даже жара не берёт. Плюс сорок в тени - разве ж это жара. Молодежь идёт, воду пьёт, веерами машет. А я про себя думаю: хиленькие какие-то люди пошли. Вот посмотрите, на меня, на старуху, восьмой десяток разменяла, а слому нет.
После моря домой? –уже с ноткой иронии в голосе спросил доктор
Домой, а как же. Минут сорок на остановке пришлось автобус ждать. На лавочке ребятня, уши заткнули, все глаза в телефонах. Что я, старуха подошла, хоть бы один увидел, да встал.
Дескать, садитесь бабушка… Какой там! Они все как будто и не тут. Меня не видят. А я стою, ворчу. А что ворчу-то – разве слышит кто. А тут автобус, ну и доехала до дома.
И дома легли отдыхать – продолжал свои расспросы доктор.
Легла только. Подруга позвонила. Позвала на курочку.
На курочку? – вступил в разговор явно проголодавшиеся массажист.
На курочку. Подруге в магазине, люди добрые, курочку купили, да ещё харчишек разных целый пакет. Она так растрогалась старая, расплакалась, всё благодарила их. Ну а что, с нашей пенсией — это прямо как Манна небесная. Благодать! Хорошо, что люди такие есть, дай им Бог здоровья.
Курочку-то эту ей жалко одной кушать, вот меня и позвала, вдвоём вроде как и не стыдно.
Курочка-то вкусная оказалась – поинтересовался доктор.
Слов нет, какое объедение! Жареная, да с чесночком, а какая корочка аппетитная!
Ну мы под эту сласть по два бокала красного вина и уговорили.
— Вот это да-да-да! – изумленно протянул терапевт.
А потом я, как домой возвратилась, сразу, спать легла. А у меня, собака, Волчок, повадился выть каждую ночь. Воет и воет, воет и воет – одно беспокойство! Помню, мне ещё родители говорили, собака воет к беде – болезнь накликает. А я боюсь. Встану, свет включу и стучу об окно, пальцем погрожу кобелю, да скажу пару ласковых. А он вроде как понимает, морду лапами закроет, глаза сомкнёт и спит лохматый. И я дремать. А тут, в ночи опять завыл, да так сильно, аки вурдалак. Я встать – а шевельнуться не могу, тело как не моё, вся левая сторона немая. Закричать, а что толку-то – живу одна. Перепугала-а-ась, мама родная… Стала я всем святым, которых знаю, молитву читать: помогите родимые не оставьте бабку. Так до утра и молилась. А по утру чую – руки, ноги шевелятся. Я на радостях взяла клюку и сюда...
Окончание рассказа можно прочитать на www.proza.ru