Психология Боэция (часть 5)
Последние две книги устроены очень непросто. По отдельности они могут вызвать странное впечатление. Но их можно рассматривать как две части арки, которую в Средние века определяли как две слабости, которые порождают силу. Или, словами Боэция «Но может, впрямь, раздора истин нет // И, обе верные, они хранят союз?»
Аргументация Философии в 4-й книге кажется довольно шаткой и оторванной от реальности, и сам Боэций (персонаж), предугадывая реакцию читателя, восклицает, что это может быть теоретически верно, но противоречит опыту.
Утверждение «благие всегда сильны» кажется просто жонглированием словами, ведь в понятия «благие» и «сильные» Философия вкладывает особый смысл, от чего как положение тех, кого мы считаем благими никак не меняется.
Но Философия занимается особым делом, это не то утешение, которое мог бы получить по телефону бесплатной психологической помощи. Философия задается вопросом о то, что такое автономное благо как таковое, резко абстрагируя его от гетерономных факторов (успеха, неудач, богатства, признания и т.д.). В результате получается разочаровывающая тавтология: благо есть благо, его причина и результат тоже благо.
Но именно такая тавтология лежит в основе томистской этики (аксиома синдерезиса) и кантианской этики (категорический императив).