Б. Слуцкий «Эта женщина молода. Просто она постарела…»
Стихотворение «Эта женщина молода. Просто она постарела…» Борис Слуцкий написал в 1970 году.
Борис Слуцкий является известным советским русским поэтом. Его перу принадлежит почти десяток поэтических сборников. Однако далеко не все стихотворения в них были напечатаны так, как хотел сам поэт. Многие работы были изменены различными правками из-за цензуры, которая постоянно преследовала Бориса Слуцкого.
ФРедакторы просили изменить строки и даже целые четверостишья для публикации, чтобы сделать их менее трагичными. Простым и понятным языком Слуцкий рассказывал о войне страшное. Его первая книга — сборник стихов «Память» — вышла только в 1957 году. Зато в Союз писателей Слуцкого приняли двумя годами раньше, когда у поэта еще не было издано ни одной книжки.
«Именно Слуцкий едва ли не в одиночку изменил звучание послевоенной русской поэзии. Его стих был сгустком бюрократизмов, военного жаргона, просторечия и лозунгов.
Этот поэт действительно говорит языком ХХ века. Его интонация — жесткая, трагичная и бесстрастная — способ, которым выживший спокойно рассказывает, если захочет, о том, как и в чем он выжил».
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский: “... мне кто-то показал "Литературную газету" с напечатанными там стихами Слуцкого. Мне тогда было шестнадцать, вероятно. Я в те времена занимался самообразованием, ходил в библиотеки… Мне это ужасно нравилось, но сам я ничего не писал и даже не думал об этом. А тут мне показали стихи Слуцкого, которые на меня произвели очень сильное впечатление”.
...Выступая в 1975 году на симпозиуме “Литература и война”, Бродский сказал:
“Именно Слуцкий едва ли не в одиночку изменил звучание послевоенной русской поэзии. Его стих был сгустком бюрократизмов, военного жаргона, просторечия и лозунгов. Он с равной легкостью использовал ассонансные, дактилические и визуальные рифмы, расшатанный ритм и народные каденции. Ощущение трагедии в его стихотворениях часто перемещалось, помимо его воли, с конкретного и исторического на экзистенциальное — конечный источник всех трагедий. Этот поэт действительно говорит языком ХХ века… Его интонация — жесткая, трагичная и бесстрастная — способ, которым выживший спокойно рассказывает, если захочет, о том, как и в чем он выжил”.