Романсы Рахманинова в Михайловском замке
Фестиваль "Дворцы Санкт-Петербурга". Вечер романсов С.В.Рахманинова "Душевная исповедь"
Фрагменты концерта 07.06.2023
"Весенние воды" (Ф.И.Тютчев) - Липарит Аветисян, Станислав Соловьёв (00:55)
"Сирень" (Е. Бекетова) - Светлана Москаленко, Станислав Соловьёв (03:04)
"Христос Воскрес" (Д.И.Мережковский) - Александр Безруков, Анатолий Кузнецов (05:10)
Соло Франчески из оперы "Франческа да Римини" - Светлана Москаленко, Станислав Соловьёв (07:58)
Романс молодого цыгана из оперы "Алеко" - Липарит Аветисян, Станислав Соловьёв (11:09)
"Сон" (А. Плещеев, Г. Гейне) - Липарит Аветисян, Станислав Соловьёв (13:00)
"Маргаритки" (И. Северянин) - Светлана Москаленко, Станислав Соловьёв (14:40)
"Оне отвечали" (Л. Мей, В. Гюго) - Светлана Москаленко, Станислав Соловьёв (17:12)
"Проходит всё" (Д. Ратгауз) - Григорий Чернецов, Анатолий Кузнецов (19:00)
"О нет, молю, не уходи" (Д.И. Мережковский) - Григорий Чернецов, Анатолий Кузнецов (20:58)
"Я жду тебя" (М. Давидова) - Екатерина Сергеева, Анатолий Кузнецов (22:57)
"Не пой, красавица, при мне..." (А.С.Пушкин) - Липарит Аветисян, Станислав Соловьёв (24:41)
"Здесь хорошо..." (Г. Галина) - Липарит Аветисян, Станислав Соловьёв (30:25)
"Вокализ" - Светлана Москаленко, Станислав Соловьёв (33:27)
Что такое душа? Не только проявление человеческого в человеке, не только проявление надмирного, возвышающего начала. Но и тайное, инàкое бытие, второй слой означаемого против означающего, некое свёрнутое состояние всего земного. Тень, которая всегда рядом с хозяином – как проекция солнечного света, контрастное пятнышко. Что-то, что отсвечивает, косится всегда в сторону, выражается всегда непрямо – то мудрёно, затейливо, а то совсем просто, а то даже и молча. Такая душа есть и в музыке Рахманинова – в лёгких акцентах, паузах, нечаянных повторах, перебивах, легчайшем пианиссимо инструмента и голоса. Эту душу нам и дали услышать – и в этом искусстве все исполнители, занятые в тот вечер в программе про душевную исповедь, были на высоте. Дело не только в прекрасных технических данных, хотя голоса все звучали на диво хорошо, а обстановка гулкого, раскатистого зала этому только способствовала. Дело в том умении передавать неуловимое, которое дано далеко не каждому.
Что-то рядом, что-то вспомогательное, второстепенное… Я думаю, почти никто из зрителей, придя на вокальный вечер, не ожидал фортепиано в качестве главной темы. Ну, кроме некоторых заядлых. Но фортепиано Станислава Соловьёва, сопровождавшее вокальные партии Светланы Москаленко и Липарита Аветисяна, обратило на себя слишком явное внимание. И удивленные перешептывания со всех сторон – какой пианист! – от тех, кто, наверное, слышал игру Станислава впервые, не могли не радовать и не вводить в состояние волшебного «а я-то знал!» тех, кто специально пришёл послушать его игру. Я еще не знала, что в октябре в Большом зале Филармонии всё-таки (говорю так, потому что очень этого хотела) будет Второй концерт в его исполнении, и пошла в Михайловский «отметить» рахманиновский год и рахманиновскую тему именно в интерпретации Станислава: деликатной, чистой, тонкой, вдумчивой и ясной. Характер его игры особенно подходил этой как будто бы аккомпанирующей роли: рояль как помощник, как друг, как доверенное лицо. Рояль как душа. Дело не в том, чтобы мастерством перетянуть «одеяло» на себя, дело в том, чтобы всю выразительность инструмент получал именно во вспомогательном качестве. Дорогого стоит диплом лучшего концертмейстера на конкурсе имени Чайковского – не дороже и сложнее ли сольной победы? Одновременно проявить себя – и уйти в сторону, выделить партию голоса, помочь ему возвыситься – и прозвучать так бережно, так нежно, что становится понятно, даже видно, а не просто слышно, какую огромную роль отводит композитор своему роялю, сколько всего вкладывает в эту партию - и как звучит сегодня именно рахманиновский рояль. Я вспомнила одно из любимых с детства и по-настоящему символистских стихотворений – «Золотую рыбку» Бальмонта:
Хоть не видели ее
Музыканты бала,
Но от рыбки, от нее,
Музыка звучала.
Меня с детства же удивляло, почему такая рифма, почему при всей богатой рифмовке всего текста – полное совпадение двух слов? Это еще один повтор в череде настойчивых повторов, использующихся в стихотворении: золотая рыбка незрима, но она присутствует явно в каждом слове, в каждом жесте, в каждом звуке, и ни одно слово, ни один жест, ни один звук не могут обойтись без ее помощи – не могут проявиться, стать реальными. А она сама – не может найти себе пары, она не рифмуется больше ни с чем, кроме себя. Такая тайная и такая в этом явная. Подоплёка искусства – и сама искусство. Подоплёка жизни – и сама жизнь.